Художник должен не только чувствовать, но и понимать, - считает режиссер. И подчеркивает:
Важнейшее место в ряду избранных нами обителей занимает русский Север. Это особый вектор.
Мы не претендуем на проповедь, не претендуем на научность, - говорит Эдуард Бояков. - «Стена и слово» - это наше с Михаилом Розановым личное путешествие вглубь русского православия. Как творческие люди мы пытались дать внятный артикулированный взгляд на феномен русского монастыря, не разделяя культуру на светскую и церковную. Думаю, от такого разделения наша культура многое теряет.
Монастыри вписаны в нашу ежедневную городскую жизнь, они слиты с ландшафтом, с природой, - подчеркивает режиссер. - При этом они являются границей между земной жизнью и тем, что находится за ее пределами. Граница здесь – ключевое слово. Монохромность, в которой всегда работает Михаил Розанов, отражает этот смысл.
Мы попытались задать себе вопросы, что такое русский монастырь. И дали на него свой ответ, в котором мы вовсе не претендуем на то, что нашими устами глаголит истина. Это путь к тому, чтобы разобраться в важнейшем феномене православной обители.
Специфика Михаила Розанова как архитектурного художника проявляется в его понимании сути объекта, с которым он работает. Пропорции, линии, детали – их можно рассматривать часами. Каждый элемент несет семантическую нагрузку.
Книга очень личная, - говорит Михаил Розанов. - Я раньше никогда не снимал храмы. В основном фотографировал светскую архитектуру. Лишь однажды делал выставку про соборы московского Кремля. Мы начали обсуждать этот проект два года назад, и тогда я стал читать про монастыри. Постепенно приближался к миру, который до этого не знал.
Когда мы поехали в нашу первую экспедицию – ровно год назад - это оказался Кирилло-Белозерский монастырь… Признаюсь, я испытал огромное потрясение. Все что я прочитал, узнал, здесь увидел воочию. Первый раз в жизни у меня было такое эмоциональное погружение.
В период наших многочисленных поездок мы с Эдуардом все время разговаривали, и я впитывал в себя новые знания, как губка. Много осознал и принял. Я очень изменился за это время. Изменил отношение к жизни.
- Самое необычное, что я видел, – это Соловки, - говорит Розанов. - Соловки меня эмоционально перевернули. И, конечно, я был потрясен Посольским монастырем на Байкале. На мой взгляд, это идеальный монастырь. Безграничность белого Байкала, безграничность неба и крошечный монастырь, где всего десять монахов. Другое измерение. Космос. Еще был поражен отношением братии. Всюду - ни одного кривого взгляда, только доброжелательность, готовность помогать, содействовать.
- Необычно и нестандартно участвовать в таком творческом мероприятии, - говорит литературный редактор книги Елена Жосул. - Это слом шаблона и ментальный взрыв. Люди не привыкли к такому православному визуалу. Подобный стиль в православной культуре отсутствует напрочь.
Я впервые увидела возможность художественной философии в разговоре про монастыри. Здесь нет той витиеватости, аляповатости православных медиа, цель которой привлечь паломников, покупающих сувениры. Здесь иная задача. Новаторский момент - право человека, входящего в монастырь, на чувствование монастыря, восприятие, идущее не от рацио, а от чувствования. В этом есть дерзновенность. Думаю, что подобный слом шаблона необходим.